2009

«Бах зі всіма невідомими.»

Київська історія та званого бахівського архіву, де поряд із творами відомих та менш відомих композиторів Німеччини, Італії, Франції, Чехії, Польщі й Росії XVII-XVIII століть левову частку займає музика Баха й його синів, розпочалася ще в 1940-роках. Кажуть, буцімто під час Другої світової війни зібрання оригінальних старовинних рукописів загадковим чином виявили радянські війська десь на території Польщі й доставили в Київську консерваторію. Тут вони лежали аж до 1973 року, поки їх не передали до Центрального архіву літератури і мистецтв України….інформація про факт перебування в Україні раритетів проникла за кордон. Не дивно, що зацікавилися текстами наприкінці 1990-х саме німці. Вони вважаються не лише етнічними спадкоємцями, а й історичними власниками архіву…Після тривалих переговорів 2001 прийняли рішення : «бахівський архів» повертається в Берлін, у нас же залишаються копії рукописів у вигляді мікрофільмів, а також оригінали творів авторів, котрі мають до України безпосередній стосунок. Звісно, все це тоді супроводжувалося сенсаційними заявами, в тому числі у пресі й на телебаченні. А втім, найважливіше у цій історії лише розпочинається. Ідея «озвучити» «бахівський архів» в Україні належить київському органістові й клавесиністові Валерію Михалюку, котрий розшифрував рукописи та адаптував їх для сучасних виконавців. Його підтримали Центральний архів літератури і мистецтв України, міжнародний благодійний фонд «Українське виконавське мистецтво» та камерний ансамбль «Київські солісти». Замислили концертний цикл за назвою «Таємниці старовинних фоліантів», що розрахований на два роки….Як засвідчив перший концерт серії, інтерпретація «Київських солістів» ґрунтується передусім на розкритті чуттєвого начала барокової естетики, що з точки зору діалогу сучасності з епохою Баха, показово. »Бахівський архів»  ще не досліджено до кінця…

Олеся НАЙДЮК
Повну версію статті читайте в газеті «Хрещатик», № 8 (3454), від 30 січня 2008 року

«Возвращение барокко»

….Нынешний век, судя по всему проходит под знаком реабилитации идей барокко. Затеянный государственным камерным ансамблем  «Киевские солисты» цикл «Тайны старинных фолиантов» подтверждает эту тенденцию. На первом концерте цикла на суд слушателей ансамблем «Киевские солисты» …были представлены произведения Томазо Альбинони, Вильгельма Фридемана Баха, Джузеппе Тартини и малоизвестного композитора Игнацио Мара. Надо сказать, что результат, вопреки распространённому мнению об отсутствии у нас инструментальной барочной школы, а также ввиду исполнительского стиля ансамбля, вышколенного, прежде всего, на основе романтического репертуара. Превзошёл все ожидания. Эта бесконечно красивая, утончённая , искусно сделанная музыка в предложенной версии отнюдь не изобиловала открытыми эмоциями, но, тем не менее, казалась чувственной. Более всего это проявилось при исполнении Baletti Альбинони, композиции, которая из-за первой скрипки предстала чуть в телесной, «земной» окраске, впрочем, не утратив при этом своей первоначальной лёгкости, а также в Концерте для альта с оркестром Мары, где в интонациях солиста Александра Лагоши, порой проскальзывало что-то романсовое, даже цыганское. Пожалуй,  наиболее точно эстетика барокко была передана в интерпретации Второго скрипичного концерта Тартини, где солировал Кирилл Шарапов – здесь эта самая  чувственность парадоксальным образом граничила с философской сосредоточенностью и интеллектуальной изощрённостью, создавая ощущение некоего абсолютного слышания времени, отделённого от нас столетиями.

Олеся НАЙДЮК
Повну версію статті читайте в газеті «Столичные новости», № 3 (540), від 27 січня- 2 лютого 2009 року

Мирослава Которович – магия женской скрипки

MsD: Мирослава, со средних веков и до наших дней музыка присутствует в живописи и литературе как один из символических персонажей и зачастую является ключом к пониманию характера главного героя, его борьбы, переживаний, эмоций. В эстетике романтиков и опосредованно связанной с ней эстетике постмодернизма уже не только музыка, но и сам инструмент становится вторым «Я» главного героя, чутко реагирующим на его душевные переживания. Так, у Гофмана скрипка является символом перехода из мира бытийственного, профанного в мир сакральный и связывает их в «двоемирие». Насколько близко Вам подобное видение?
М.К.: Думаю, между людьми существует одно принципиальное различие: одни – фанаты своего дела, посредством которого они выражают себя и познают мир, другие – ремесленники. Скрипка как инструмент служит и тем, и другим, но при этом сама по себе ничего не решает. Она до тех пор висит в музее или служит для зарабатывания денег, пока ее не находит именно тот человек, который способен с ней сродниться в силу своей природы. Уверенна, что с этим умением нужно родиться, это невозможно приобрести практикой. И только при такой судьбоносной встрече происходит то чудо, о котором вы говорите – соединение двух миров в «двоемирие».

MsD: К какому типу исполнителей Вы себя относите? И как воспринимаете искусство игры на скрипке – как величайшую тайну и мистерию или в большей степени как профессиональное владение инструментом?
М.К.: Не могу себя полностью отнести к сторонникам нереального мира. Безусловно, в какой то мере я трезвомыслящий человек. Однако в моей жизни существовали волшебные моменты упоения скрипкой, когда я сливалась с ней в единое целое. Зная вкус этого чувства, я не пью этот нектар постоянно, поскольку существует опасность полностью перейти из реального мира в нереальный. Помните, это очень хорошо прописано у Зюскинда – сбой и переход в иную сферу бытия. Во всем должна быть гармония, особенно, если это касается такой тонкой материи, как музыка. А чудо ее рождения происходит только в тандеме исполнителя и инструмента. Но я верю и в то, что скрипка несет информацию о человеке, который на ней играет, – хочет он этого или нет. Исполнитель отдает ей часть себя, своей души, тепла, жизненной силы. Одна моя знакомая скрипачка обладает такой необъяснимой, с точки зрения здравого смысла, сильной манерой игры, что любая скрипка в ее руках начинает петь ее голосом – все инструменты у нее звучат одинаково. Да, скрипки живые! Однако сами они не играют – откликаются на руки, сердце исполнителя.

MsD: А как бы Вы тогда сформулировали цель оптимистичного тендема «Мирослава и Скрипка»?
М.К.: Начну с того, что для меня исполнение – это, в первую очередь, способ самовыражения. Конечно, каждый композитор мечтает, чтобы исполнитель реализовал все их замыслы, но, на мой взгляд, это невозможно, тогда нужно и создавать, и исполнять музыку самому. Произведение – как птица. Композитор выпускает свое творение на волю, где оно начинает жить своей жизнью. Поэтому главная задача исполнителя или, скорее, музыкального тендема скрипача и скрипки заключается именно в том, чтобы как можно дольше продлить эту жизнь.

MsD: В связи с этим возникает вопрос о специфике исполнительской школы. Чаще всего на подмостках мировой сцены мы видим выдающихся исполнителей-мужчин. Скрипачки-солистки – явление довольно редкое и потому зачастую знаковое. Что это? Традиция, стереотип или все же особенности скрипки как инструмента, естественно покоряющегося мужскому началу. Почему именно так раскладывается музыкальный гендерный пасьянс?
М.К.: Я думаю, что женщина-скрипачка, исполнительница – это женщина в степени. Но что удивительно, это состояние достигается только во время исполнения. Я не могу сказать этого о женщине-скрипачке в быту.

MsD: Возможно, это связано с тем, что именно в момент игры скрипачка, черпая энергию в космической органике музыки, которая для нее в силу ее более чувственной женской природы ближе и доступнее, настолько тонко воспринимает и пропускает музыку через себя, что становится мистической фигурой – женщиной в степени?
М.К.: Согласна. Очень редко женщина, играющая из любви к самой скрипке, а не ради заработка, жаждет самоутвердиться. Чаще всего она это делает ради идеи, а не ангажемента. Я знаю такую скрипачку – это Татьяна Гринденко, наша землячка (родилась в Харькове – прим. MsD), – женщина колоссальной энергетики и магнетизма, от которой глаз невозможно оторвать, когда она играет. Или Анне-Софи Муттер – гениальная немецкая скрипачка-виртуоз, мировая звезда классической музыки. Я не видела ее исполнения вживую, но ее темперамент слышен даже через пленку. Думаю, что женщина-скрипачка самовыражается ради самовыражения, а мужчина – для чего-то, ради мужских амбиций. Для мужчины исполнение сродни инстинкту покорения кого или чего угодно посредством инструмента. Только гений подобно Рихтеру, который живет ради музыки, может одаривать, а не покорять своей игрой.

MsD: Я думаю, что тема детства для Вас сейчас особенно близка еще и потому, что у Вас родилась доченька. Как ее зовут?
М.К.: Ее зовут Надия, Наденька. Еще до ее рождения мы с ней давали концерты, ездили на гастроли записывали диски и, собственно, благодаря ей я реализовала свою мечту. Когда я узнала, что у меня будет доченька, решила, что это верный знак – закончить запись детского диска. Сейчас, когда я как мама нахожусь в поисках эстетически развивающих детских книг, игр, музыкальных дисков, понимаю как этого у нас мало, пожалуй, за исключением волшебных книг издательства «А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА». И еще больше уверилась в необходимости реализации первоклассного музыкального детского проекта. Мой папа выступает в роли сказочника. Я изображаю звуки различных животных в сонате-репрезентативе Вибера, группа альтистов хулиганит – трещит игрушками в детской симфонии Леопольда Моцарта. Более того, в записи диска принимали участие хор мальчиков «Дзвиночок» и детки, которые играют на кукушках, барабанчиках, дудочках. У нас все по-честному – никаких бородатых дядей в шортиках. За пару месяцев до рождения Наденьки мы записывались с хором мальчиков. Меня это очень веселило, и я была горда, что моя девочка уже солирует в таком солидном сопровождении. Запись уже готова, осталось только оформление диска и его производство.

MsD: Вы такая светлая и жизнерадостная. Кажется, что Вы никогда не грустите, а ведь мелодия скрипки часто ассоциируется с женскими слезами, страданиями. Насколько Вы человек меланхоличный, чувственный? Легко ли плачете?
М.К.: Как человек, связавший себя с музыкой, я все время хожу по «лезвию» и все жизненные события воспринимаю крайне остро и близко к сердцу. Избавиться от этого невозможно, иначе нужно бросать профессию. А слезы всегда рядом, и они не наигранные. Но мне кажется, что это вообще свойственно женщинам, а не только скрипачкам. Женщина всегда искренне верит в то, что она делает. Может быть, через пять минут она изменит свое мнение, но она абсолютно искренно будет верить в противоположное. А «обрасти толстой кожей» – это значит лишить себя связи с миром музыки.

MsD:  Мирослава, Вы можете нарисовать свой музыкальный автопортрет?
М.К.: Думаю, что спустя какое-то время он будет другим – я ведь живой человек, который постоянно преображается. Но если попробовать нарисовать аль-прима – в здесь и сейчас, тогда в качестве самых ярких красок я возьму анданте Моцарта для четырех скрипок. Оно светлое, радостное и очень интимное. Для контраста – музыку Хачатуряна, в которой есть то состояние острой щемящей грусти, которое я считаю бриллиантом его творчества. В качестве акцента – пик музыкального драматизма – третья симфония Станковича, с которой я совсем сжилась. А общий колорит создаст красивый, созерцательный «Музыкальный момент» Сильвестрова.

MsD: Мирослава, у Вас есть свой секрет, как оставаться женщиной-мечтой?
М.К.: В реальной жизни оставаться мечтой – это работа, причем не только самой женщины, но и ее окружения. По-моему, нам женщинам легче отказаться от этого, чем это делать. Ведь создавать мир вокруг – это большая ответственность. Мне помогает профессия, настраивает на волну легкости и не дает расслабиться. А вот женщине-экономисту наверняка нужно над собой работать, чтобы создавать возвышенное состояние души и не зацифриться. Мой рецепт для тех, чья работа связана с режимом дня и точными науками: поставь себе цель раз в неделю сделать что-то для себя и своего развития, ввести небольшой фрагмент творчества в рамки точности. Тогда преображение подействует не только на тебя, но и весь мир вокруг. Если ты хочешь чтобы мир тебя радовал – сначала порадуй себя!

Светлана Брусиловская
Повну версію статті читайте в журналі «MsDream», № 1, січень, 2009 року

архів
2005 | 2006 | 2007 | 2008

вгору